Содержание: (1) Некролог О.Д.Мирошниченко; (2) Некролог из «Кадетской Переклички»; (3) Некролог Н. и Е.Александровых; (4) Статья Б.Нарциссова; (5) Из памятки Мириинского Донского Института. (6) Стихи Нонны Белавиной.

24 августа 2004 г. в женском монастыре «Новое Дивеево» в г. Нанует, в штате Нью-Йорк (Nanuet, NY), в возрасте 89 лет, скончалась Нонна Сергеевна Миклашевская, поэтесса и общественная деятельница.

Нонна Сергеевна Белавина родилась в 1915 г. в Евпатории. Отец ее, Сергей Белавин был студентом. Мать ее была Елизавета Леонидовна Белавина (ур.Мирошниченко). Ее дедушка Леонид Терентьевич, был родным братом Александра, который впоследствии стал священником. В 1920 г., вместе с родителями эвакуировалась в Югославию (тогда Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев).

В то тяжелое для эмиграции время, когда нужно было браться за любой труд чтобы содержать семью, Ноннин отец Сергей Белавин, после своих дневных трудов, начал учиться на трехлетних заочных богословских курсах в Белграде и ездить туда и сдавать экзамены. По окончанию их, он был рукоположен в священники митрополитом Антонием (Храповицким). С 1926 г. служил в селе Креполин и монастыре Горняк (вблизи от г.Петровац на Млави). Отец Сергей Белавин, как русский православный священник, в 1941 г., во время Второй Мировой Войны, был мученически убит.

Нонна училась в Мариинском Донском Институте а Белой Церкви. Она училась хорошо и институт оставил на нее неизгладимое влияние на всю жизнь. В Белой Церкви тоже находился и Кадетский Корпус.

Нонна работала в суде в г.Жагубица. Когда мать тяжело заболела, Нонна оставалась возле нее, а сама училась заочно в Белградском университете. После смерти мамы она перебралась в Белград где и продолжала свою учебу. Итак, Нонна, очень рано потеряла своих родителей, отца и мать, и в это тяжелое экономическое и политическое время ей пришлось стать совершенно одной и самостоятельной. Несмотря на все это, Нонна никогда не падала духом, всегда была жизнерадостна и во всем находила красоту.

В 1949 г. Нонна с семьей перебирается в США. После известного времени она оканчивает курсы для чертежников и начинает работать чертежницей. В этой должности она проработала до выхода на пенсию. Нонна своим трудом содержала всю свою семью и смогла дать сыну высшее образование. Она всегда была жизнерадостна и кроме работы, семьи и домашней работы, всегда писала стихи и занималась общественной работой. Самые близкие друзья и подруги были бывшие институтки и кадеты. Ее общественная работа была многогранная. Она главным образом участвовала в организациях которые оказывали помощь бывшим институткам и институтскому персоналу через разные организации и через Общество бывших воспитанниц Мариинского Донского Института в Белой-Церкви, Югославии.
В 1957 году в Нью-Йорке было создано Объединение быв. восп. Мариинского Донского Института за рубежом. Главной целью Объединения была помощь нуждающимся подругам и персоналу.

Всю свою жизнь Нонна писала стихи. Впоследствии она издала три сборника со своими стихами: Синий Мир, Земное счастье и Утверждение. Четвертый сборник Стихи (1985 г.), содержал избранные стихи из прошлых трех и некоторые новые стихи. Нужно сказать что Нонна писала и читала разные стихи и стихи приуроченные к разным обстоятельствам, которые не вошли в ее сборники.

Ольга Дмитриевна Мирошниченко (ур.Шуневич),
г.Виктория, Канада
Галина Николаевна Алпатова (ур. Мирошниченко), троюрдная сестра
г.Виктория, Канада
Александр Николаевич Мирошниченко, троюрдный брат
г.Санивейл (возле Сан-Франциско)

6/19 января 2005 г.
Богоявление. Крещение Господне

Миклашевская (Белавина) Нонна Сергеевна, 89 лет, скончалась 24 августа 2004 года, в штате Нью-Йорк, похоронена на кладбище в г. Рослин, Лонг-Айленд.

Н. С. Белавина родилась 27 апреля 1915 года в г. Евпатории. Училась в Мариинском Донском Институте в Белой Церкви (Югославия), а затем в Белградском университете, который не смогла окончить из-за войны. В 1949 году, вместе с супругом Олегом Миклашевским, переехала в США, где окончила строительно-чертежные курсы и работала в проектном бюро до выхода на пенсию. Стихи Нонны Белавиной печатали популярные журналы и газеты: «Мосты» (Мюнхен), «Возрождение» (Париж), «Современник» (Торонто), «Родные дали» (Лос-Анджелос), «Русская мысль» (Париж), «Новое русское слово» (Нью-Йорк). Она также выступала с чтением своих стихов и докладов на литературные темы в разных культурных организациях. Было издано четыре сборника ее стихов: «Синий мир» (1971 г.), «Земное счастье» (1966 г.), «Утверждение» (1974 г.), «Стихи» (1985 г.). Нонна Сергеевна участвовала почти во всех съездах зарубежных кадет, выступая со своими стихами и поэмами, посвященными жизни и деятельности кадетской организации, кадетским традициям, кадетской дружбе. С кончиной Нонны Сергеевны Миклашевской мы потеряли выдающегося русского поэта.

Внизу приводим некролог из газеты "Русская Жизнь" из г.Сан-Франциско за субботу, 11 сентября 2004 г. Маленькая поправка, Белавина это ее не псевдоним, а девичья фамилия.

24 августа в Нануете, в Штате Нью-Йорк, в возрасте 89 лет, скончалась Нонна Сергеевна Миклашевская, поэтесса и общественная деятельница. Родилась в Евпатории, в Крыму, в семье офицера Императорской армии. В 1920 г. эвакуировалась с родителями в Константинополь и в 1922 г. -- в Югославию. Окончила Мариинский Донской институт и училась на заочном отделении юридического факультета Белградского университета. Одно время служила в городском суде, в провинции.

Во время войны поступила в Белграде в Русский драматический театр, где вскоре стала помощницей режиссера. Вышла замуж за артиста и режиссера Олега Миклашевского. В 1944 г. супруги Миклашевские вынуждены были покинуть Белград и снова перейти на положение беженцев от коммунистов. Стихотворения на русском и сербском языках писала с 1928 г. В Германии печаталась под псевдонимом Нонна Белавина в периодических изданиях "Явь и быль" и "Обозрение".

Переселившись в США печатала свои стихи в журналах "Мосты", "Современник" (Торонто), "Возрождение" (Париж), в альманахе "Перекрестки". Издала сборники стихотворений "Синий мир" (1961), "Земное счастье" (1966), "Утверждение" (1974) и "Стихи" (1985). Её стихи включены в антологию "Вернуться в Россию стихами" (Москва, 1994).

Делала доклады на литературные темы и читала стихи перед русской аудиторией, на съездах Кадетского объединения и в Квинс колледже, Нью-Йорк. Была председательницей Общества окончивших в Югославии Донской институт. Многие годы трудилась по оказанию помощи нуждающимся бывшим институткам, русским писателям и поэтам.

Овдовела в 1992 г. Скончалась 24 августа 2004 г. Похоронена на кладбище в городе Рослин, Лонг Айленд, штат Нью-Йорк. После неё остались сын Игорь, невестка Ольга, две замужних внучки, Наталья и Елена, два правнука, свойственники и многочисленные друзья.

Нонна Миклашевская прожила долгую плодотворную жизнь, была жизнерадостным, талантливым и деятельным членом русской общины на восточном побережье США.

Пусть добрая память о ней будет венком на её могилу. Царство ей небесное и вечная память.

Наталья и Евгений Александровы

Внизу приводим статью из четвертой книги Нонны Белавиной «Стихи», Нью-Йорк, 1985.

Нонна Белавина (Нона Сергеевна Миклашевская) принадлежит к числу наиболее замеченных читателем русских поэтов в США. Начиная с 1061 года, она издала три сборника: Синий Мир, Земное Счастье и Утверждение. ее творчество представляет резко очерченную индивидуальность. Она выработала свой определенный стиль, который вполне соответствует содержанию ее творчества и потому заслуживает внимательного и детального разбора.

Нонна Балавина родилась в 1915 году в Евпатории. В 1920-м была вывезена родителями заграницу. До второй мировой войны жила в Югославии, училась в Мариинском Донском Институте, потом на юридическом факультете. После трудных лет войны, новой эмиграции в Австрию и Германию, в 1949 году приехала в США.

Писать стихи Нонна Белавина начала рано. Участвовала в разных литературных кружках в Югославии, в Германии и США. Печатает стихи в разных журналах и газетах и выступает с чтением стихов и докладов на литературные темы в разных городах.

В первый сборник поэта "Синий Мир" вошли ранние произведения, написанные еще в Европе, а также стихи отражающие время войны и начало новой жизни. Уже в этом сборнике прявлены главные основные черты поэтической личности Нонны Белавиной. Уже этого сборника было достаточно, чтобы утвердить за ней звание поэта и показать ее поэтическую неповторимую и самостоятельную личность. Для русской лирической поэзии характерна минорность общего тона. И вот здесь Белавина является одним из исключений в русско поэзии. Основной мотив ее творчества -- это "утверждение" радости жизни и "земного счастья" в этом прекрасном и солнечном "синем мире". Эта основная характеристика составлена из заглавий сборника.

Нонна Белавина стоит на солнечной дороге. Это не значит, что она игнорирует горе и несчастье в своих стихах, она умеет откликаться на эти темы, но все прсветляется надеждой на лучшее: Но за все мученья заплатится Самой ценной радостью -- жить.

И даже смерть представляется ей каким-то пантеистическим растворением в красоте мира: ...Я хоть тем свой долг земле верну, Что напьется моню одуванчик, Отходящий вечером ко сну.

Сборник "Земное счастье" является несомненным шагом поэта вперед. Те же темы поданы с новой силой, убедительностью, рифмовка стала ярче и богаче, это пишет уже зрелый поэт. Сихотворение, где автор сравнивает себя с летящей стрелой, полное высокой художественности, ярко показывает поэтическую личность Нонны Белавиной. Кто вложил меня в лук как в стрелу, Тетиву натянул до предела, И послал меня в синюю мглу, Чтоб всю жизнь я стрелою летела.

Очень хороши в этом сборнике зарисовки путевых впечатлений из Европы.

Третий сборник "Утверждение" не только говорит о дальнейшем росте поэта, но словно утверждает темы ее прежних сборников: "Да, несмотря на все темное и страшное, жизнь все же прекрасна".

Нужно отметить самостоятельность голоса Нонны Белавиной. Очень обычно поэту, даже очень сильному, сбиваться не чей-то чужой голос, не подражанием, а из-за органической схожести. Но этого нельзя заметить в голосе Нонны Белавиной. Она счастливо избегает притяжения "больших светил", в частности, очень обычного для поэтесс, притяжения Ахматовой и Цветаевой.

Характерной особенностью поэтического письма Нонны Белавиной является его простота и доходчивость до читателя. Еще в "Синем мире" есть строчки: "Но может быть в моих простых стихах кому-нибудь мелькнет желанный отдых". В "Утверждении" простые, (но очень хорошо "сделанные" в своей простоте), стихи может быть помогут кому-нибудь найти не только отдых, но также и утверждение какой-то внутренней правды о себе.

Поэте нужно выдержать стиль своего "почерка" (в этом и есть мастерство) и Нонне Белавиной это удается в высокой степени. Несмотря на внешнюю простоту, ее авторство можно угадать по немногим строчкам, а это очень хорошо и важно для поэта.

В 1977 году имя Нонны Белавиной было введено в энциклопедию "Кто есть кто в интернпциональной поэзии" (Кембридж, Англия).
---------

Дополнение: В 1980 году Нонна Белавина была принята в члены Академии имени Леонардо да Винчи в Риме. --------------

Сокращенная русская версия статьи в Queens Slavic Papers, vol. 4, 1977, сборнике под редакцией профессора Томаса З.Берда, Queens College, N.Y. Печатается с любезного разрешения редактора и Л.А.Нарциссовой, за что автор приносит глубокую благодарность.

Внизу приводится заключение текста из памятки Мариинского Донского Института в Белой Церкви, Югославия, изданную в 1975 г. в Нью-Йорке, председательницей Нонной Миклашевской (Nonna Miklashewsky).

Институт окончен. Прошли годы. За это время мы не раз теряли все: любимые книги, вещи, фотографии; мы теряли жилье; теряли близких людей; мы узнали вторичную эмиграцию; мы пешком меряли дороги чужих стран и голод и холод и полная неизветность "завтрашнего" дня шли вместе с нами по разбитым путям. Что же помогло нам не сломаться духовно? Не возроптать? Не потерять веру в Бога, в жизнь и в людей? Я уверена, что ответ надо искать в тех восьми годах институтской жизни. Мы не могли поддаться духовному упадку и разлюбить жизнь, если годами наш преподаватель естествознания С.Н.Боголюбов учил нас не только своему предмету, а тому, что жизнь -- величайший дар Божий и вечный источник радости. И мы умели в страшные годы войны, сквозь дым пожаров все же видеть красоту заката и радоваться цветам у дороги... Мы не могли возроптать, т.к. непоколебимо верующий о.Василий Бощановский учил нас глубокой вере и философии терпения и кротости. Мы не могли раствориться в чужих странах, если все годы нам говорили и А.С.Петров и М.А.Аносов и М.Н.Лосев и др. о том, что наша родина -- Россия, что необычайно велико влияние русское на весь мир (музыка, искусство, литература), что нам есть, чем гордиться. Благодаря этому нам удалось сохранить наши русские души и может быть хоть крупицы этих качеств передать нашим детям.

И еще: мы унесли из института с собой неоценимое сокровище -- понятие о настоящей, крепкой и честной дружбе. И нити этой дружбы тянутся и сейчас со всех сторон: и из далекой Тасмании и горячей Венецуэлы, Аргентины и Канады, Югославии и других стран. И это нам всем награда за прежние жизненные потери.

Пуст же будет благословенна память о нашем дорогом институте, о людях, учивши и воспитавших нас, о подругах, о тех годах, когда мы были так счастливы, что даже не умели понять и ценить этого счастья.

---------
В 1957 году в Нью-Йорке было создано Объединение быв. восп. Мариинского Донского Института за рубежом. Главной целью Объединения была помощь нуждающимся подругам и персоналу. В первые годы своей работы Объединение устраивало ежегодный бал и "чашку чая", пользовавшиеся неизменным успехом. Обстоятельства данного времени сократили деятельность Объединения, но устраиваемые раз в году "пельмени" проходят всегда при переполненном зале. Все эти годы посылалась посильная помощь в Югославию и другие страны больным и нуждающимся и, приближаясь к 20-тилетию своего существования, мы можем сказать, что Объединение было создано не напрасно и может гордиться своей работой. Большая помощь, и материальная и моральная, в том, что в Нью-Йоркское Объединение вошли институтки МДИ, живущие в других городах и странах. Самая активная группа находится в Венецуэле.

К первой "чашке чая" бывший воспитанницей МДИ Нонной Белавиной, было написано стихотворение, которым мы и заканчиваем нашу скромную "памятку." ----------

Оживший портрет Мне казалось -- я слышу звонок. Неужели Я сейчас опоздаю на первый урок? Мне сказали, что годы уже пролетели, Что закрыт институт... Но я слышу звонок!.. Я не сплю! Я живу! Да ведь только вчера мы Возвратились с каникул -- до первой весны. В дортуаре тихонько теперь вечерами Мы расскажем друг другу про летние сны. И короткие дни в перегонки поскачут... Каждый день, как подарок судьбы я ловлю... "Надя, душка, реши мне скорее задачу! Ах, сегодня латынь, я ее не люблю". В этой жизни размеренной, даже суровой, Наша юность кипит беспокойным ключом, Открывая нам мир каждой книгой новой, Каждой новою встречей и новым письмом. Впереди Рождество. Я не знаю сказать-ли, Что на бале последнем в ушедшем году, Мне казалось: руки было нежно пожатье... Как я жду Рождества, как волнуюсь и жду. Но промчатся короткие, яркие Святки... Вот блинами запахнет уже институт. Снова легкие дни пролетят без оглядки -- Вот и темная церковь в Великом посту. Мы притихли. Мы помним, что исповедь близко. Мы не дразним друг друга, совсем не поем. Я вчера написала к грехам на записке Новый грех: я немножко молилась о "нем". Белизна пелеринок к Заутрени Светлой, Юных душ фанатично-ликующий взлет... И мечты... и мечты... и мечты до рассвета О далеком, о том, что нас в будущем ждет. Что ждало нас? Потери, страданья, разлуки... Безысходность войны, безотрадность труда,.. В непривычной работе усталые руки... Бесприютная жизнь по чужим городам... Только мы не сдались, мы не стали иными, Не боялись отчаянья черных путей. Мы, как знамя, несли наше русское имя И по русски растили мы наших детей. Мы и ныне храним института заветы, Белый цвет пелеринок мы носим в сердцах... ...И только грустно мне быть только старым портретом, Только памятью светлой о юности днях! Нонна Белавина

Внизу приводятся несколько стихотворений из сборника "Стихи", 1985 г.

Стихи о родине (с.32) О родине? Но где найти слова Звучащие победным громом меди, Чтоб о России, что едва жива, Чтоб о России петь, как о победе. О родине? Но где моя страна, Когда то брошенная мною наспех, Всю чашу мук испившая до дна, Почти погибшая в кровавых распрях. И все ж о родине... О той, что напролом Шла на врага через леса и пашни... О той -- далекой родине споем. Пусть эта песнь о родине вчерашней. Ну что ж? На Русь надвинулась беда, Затмили солнце дьявольские лики, Но мы забыть на можем никогда, Что был у нас когда то Петр Великий. Мы помним и кружится голова От русской доблести еще во время оно, Когда сама сожгла себя Москва, Чтоб не впустить к себе Наполеона. И ведь у нас, как в веке золотом, Искусство восходило на ступени И расцветал невиданным цветком Чайковского неповторимый гений. И рвался в высь неистовый Пегас, И "Медный Всадник" вылетал на Невский... Ведь Пушкин был у нас, у нас!... У нас Творили и Толстой и Достоевский. Ну что ж, что там теперь лишь кровь и дым? Придет конец и дьявольской затее! Но мы в изгнаньи твердо сохраним В сердцах, как в историческом музее Ту родину, что знали мы вчера... И гром побед и ширь родимой песни... И мир дождется, что придет пора И Русь моя, как Иисус, воскреснет!... Возрати мне часть души моей (с.61) Возрати мне часть души моей. Ту, что я в руках твоих забыла. Без нее мне с каждым днем больней, И ничто мне без нее не мило. Страшно жить со сломанной душой, С этой нескончаемою болью. Разве то, что я зову тоской, Также называется любовью? Разве нет названья потрудней, Тверже, но прозрачнее кристалла? Возврати мне часть души моей. Ту, что на губах твоих осталась. Боже мой, я молюсь Тебе (с.89) Боже мой, я молюсь Тебе Просто тем, что живу. Что люблю я Твоих небес Синеву, Тем, что вижу Тебя везде, В каждой твари Твоей, Вижу в каждом цветке, звезде, И в глазах у детей. Я молюсь Тебе тем, что день Мой заполнен до дна, Тем, что вижу радость в труде, Тем, что жизнью пьяна. Что ночами строчки стихов Я твержу, как в бреду, Что, как лучший цветок в саду, Берегу земную любовь. Берегу земную любовь, Твой подарок, что лучше всех, В нем и боль, и счастье, и грех, И дикарский пещерный зов, И поэзии взмах и взлет, И серебрянный чистый звон, Все сумятицы всех времен И всего святого оплот. Берегу земную любовь! Этот лучший подарок Твой И молюсь молитвой без слов -- Всей любовью земной. Белград (1977) (с.122) Вернусь-ли я к тебе? Увижу-ли и скоро-ль Глубизну твоих сливающихся рек И обезумевший, ослепший город, Где я была счастливей всех? Н.Б. 1944г. Я вновь брожу по улицам знакомым Тем, что когда-то отняла война... Как хорошо! Я здесь -- своя. Я -- дома. И словно юность мне возвращена. Какой размах у всех воспоминаний. И сколько лет ложится в каждый миг. Я в этот парк спешила на свиданье... А в этот дом за пачкой новых книг. Сюда, дрожа, бежала на экзамен, А там сиял искусства строгий храм... Тоску о нем я пронесла годами по всем ненужным и чужим путям. Мне улицы протягивают руки, Встречая дочь заблудшую свою, Но после долгой и глухой разлуки Не каждый дом в лицо я узнаю. Я знаю: нет к прошедшему возврата, Но все-ж душою, полною тепла, Ищу окно, в которое когда-то Любовь, еще неузнанной, вошла. Оно, как встарь, распахнуто. Навеки! (Как неизменно счастье двух людей...) А там, вдали, обнявшиеся реки В голубизне немыслимой своей. И старый парк, и церкви, и "Споменик"... О, город мой, прости меня, прости! Ведь неповинна я в своей измене, Война смешала все мои пути. Я -- не твоя! Повернута страница. С другой страной я связана судьбой. Но ты всегда, всю жизнь мне будешь сниться И в сердце яркой вспыхивать звездой.